Новости науки

6 989 подписчиков

Свежие комментарии

  • Виктор Муравьев
    И что? Кроме бормочущего всякие страхи мужика ничего не видно. Десять минут жизни потерял, глядя на эту галиматью. Ка...На Земле появилис...
  • jursemmailru Пенхасов ЮС
    За то, что Рогозин собрался лететь на Луну – я ЗА, и не только руками; но отправить его надо без обратно...Как Рогозин собра...
  • Павел К
    А чё ж ты раньше не говорил-то? Сколько упущено. Но теперь, спасибо тебе, мы по другому заживем. :):)На грани

Как долго «живут» эпидемии? Мнения ученых о COVID-19, пандемии и создании вакцины

head_img

Coronavirus // NIAID-RML via AP

Мир впервые услышал о коронавирусной эпидемии еще в начале 2000-х годов. Теперь, спустя почти двадцать лет, коронавирус снова вернулся к человечеству. Останется ли он в человеческой популяции? Станем ли мы прививаться от COVID-19 каждый год, как от гриппа (конечно, когда вакцину разработают)? Как долго продлится эпидемия? ПостНаука спросила ученых о том, почему вирусы возвращаются, становятся ли сильнее, как их изучают и лечат.

batishev

Олег Батищев

кандидат физико-математических наук, заведующий лабораторией биоэлектрохимии Института физической химии и электрохимии им. А. Н. Фрумкина Российской академии наук

Нужно сказать, что относительно новых вирусов, таких как коронавирус, какие-то прогнозы пока строить тяжело. Динамика распространения эпидемии позволяет нам сделать только некоторую аппроксимацию. Мы видим, что в большинстве европейских стран идет экспоненциальный рост числа заболевших. Напротив, в Китае и Южной Корее число заболевших вышло на плато, то есть остается практически постоянным. Как долго это будет продолжаться, сказать трудно. Влияет очень много факторов: эффективность карантина, скорость принятия каких-либо еще комплексных мер.

Сохранится ли коронавирус в популяции, как грипп, вернется ли он опять, исчезнет ли?

Опять же сказать тяжело, мы можем только строить какую-то аналогию с другими коронавирусами. Самый известный пример — атипичная пневмония начала 2000-х годов в азиатском регионе, возбудителем которой также был коронавирус. Вирус, вызвавший вспышку атипичной пневмонии, на 70% похож на тот, с которым мы имеем дело сейчас. В прошлый раз он исчез в теплое время года, и следующая волна заболеваний уже была сопряжена с видоизмененным вирусом, который мутировал и не мог заразить человека. То есть он опять вернулся в свою нишу. 

Что будет с этим вирусом? Скорее всего, где-то к лету эпидемия пойдет на спад, потому что такие вирусы не любят жаркую погоду. С приходом осенне-зимнего периода он опять вернется. Если он останется активным по отношению к человеческой популяции, возможно, он сохранится на несколько лет. Если вирус видоизменится так, что перестанет взаимодействовать с человеком, то он может исчезнуть точно так же, как в Китае исчезла атипичная пневмония. Прогнозы можно строить, только отследив полный цикл от его исчезновения до новой вспышки, то есть через год.

Если коронавирус останется с нами, значит, очень много людей так или иначе им переболеют и у них выработается иммунитет. Эффективность иммунитета, способность бороться с болезнью зависит от того, насколько сильно будет мутировать вирус. Например, сезонный грипп довольно сильно видоизменяется из года в год. Наша иммунная система по большей части с ним борется, но вариации настолько сильные, что люди могут каждый год болеть гриппом. К тому моменту, когда коронавирус проявится повторно, уже создадут, скорее всего, какие-то вакцины и препараты, способы воздействия непосредственно на этот вирус. Тогда уже удастся на следующих этапах снизить его вирулентность, то есть способность вредить человеку. 

Что касается вакцин и лекарственных препаратов против коронавируса, то уже сейчас есть вакцины-кандидаты, разрабатываемые по восьми штаммам вируса. Если лабораторные исследования пройдут успешно, то дальше проведут тестирования (к которым существуют жесткие требования) на животных и добровольцах, и только после этого лекарства пойдут в производство, а это займет около полутора-двух лет. Быстрых решений не может быть, и понятно, что любой препарат должен пройти проверку.

deyev

Сергей Деев

доктор биологических наук, профессор, член-корреспондент РАН, руководитель лаборатории молекулярной иммунологии ИБХ РАН, профессор кафедры иммунологии МГУ

Чем больше человек погружен в тему, тем менее уверенно он станет сегодня отвечать на вопрос о том, как быстро пройдет эпидемия и останется ли данный коронавирус с человечеством дальше. Для ответа нужно больше данных, и они в настоящее время очень быстро накапливаются. 

Современные методы молекулярной биологии позволяют очень точно и быстро анализировать вирусы. Секвенирование ДНК — это дешевая и надежная технология, которая дает исчерпывающую информацию о геноме вируса. Сейчас уже просеквенировано множество штаммов (разновидностей) коронавируса. Прошла информация об инфицировании одного человека сразу двумя штаммами вируса. Похоже, вирулентность коронавируса сравнима с гриппом, а может быть, даже более сильная.

Для того чтобы объективно оценивать степень опасности вируса, нужно по крайней мере корректно оценивать смертность от него. Если выявляют заболевание на тяжелых стадиях, у пожилых людей, то процент смертности будет высоким. При этом может быть большое количество людей, которые инфицированы, но не попадают в тестирование, и, если их включить в выборку, процент смертности будет гораздо ниже.

Недавно видел в ТВ-передаче мнение, что вирус, чтобы выжить, должен быть «дружелюбным» к носителю и, если говорить о человеческой популяции, не должен наносить ей критического вреда, а потому не следует относиться к текущей ситуации излишне серьезно. Однако я считаю такую позицию неверной и крайне вредной. 

Скорее всего, в ближайшее время удастся создать вакцину. Но пока она не разработана, адекватной стратегией противодействия является система мер карантина. Возможно, кому-то она кажется чрезмерной, но в текущей ситуации на планете она представляется разумной и оправданной.

В последние десятилетия две ветви научного знания — молекулярная биология и медицинская биотехнология — прогрессируют. Это предопределяет возможность быстро создавать надежные методы для широкого тестирования, профилактики и лечения новых заболеваний. Именно это делается сейчас, и позитивные результаты, надеюсь, мы увидим достаточно скоро. Полученные опыт, знания и подходы будут применимы и к другим вызовам, которые могут возникнуть в будущем.

narovlyansky

Александр Наровлянский

Доктор биологических наук, профессор, заведующий лабораторией цитокинов, руководитель Отдела интерферонов, ФГБУ «ФНИЦ эпидемиологии и микробиологии имени почетного академика Н. Ф. Гамалеи» Минздрава России

Я придерживаюсь точки зрения, что теперь коронавирусы, вызывающие тяжелые острые заболевания человека, такие как SARS-CoV-2/COVID-19 и, возможно, его варианты, будут с нами долго. Вирус перешел от одного вида животных — летучих мышей, — возможно, через промежуточного хозяина к человеческой популяции и уже активно циркулирует среди нас. То есть этот вирус является зооантропонозом и в настоящее время активно передается от человека к человеку. Будет ли вирус мутировать? На основе тех данных, что уже имеются, предполагается, что он будет мутировать активно. Учитывая, что его РНК способна рекомбинировать, что может приводить к появлению новых вариантов вируса, такое предположение не лишено оснований. 

Сначала казалось, что коронавирус будет похож на большинство вирусов, которые перешли от животных к человеку. Предполагали, что он должен терять свою летальность и повышать контагиозность (заразительность). В Китае коронавирус стал менее патогенным, но вспышки в Италии и Испании показывают, что там иная картина: патогенность и летальность вируса увеличиваются. Правда ли это — покажут дальнейшие наблюдения.

Известны случаи, когда некоторые пандемические инфекции продолжались сотни лет, например Юстинианова чума (541–700-е годы). Медицина была развита слабо, и такие пандемии (чума, холера, черная оспа и другие) уже в средневековой Европе продолжались, чередуясь, долго. Но сейчас пандемии, по-видимому, не будут длительными. Все возникающие проблемы с распространением инфекции решаются быстрее, наука и медицина шагнули далеко вперед. 

Что касается разработки вакцин, то, во-первых, сначала такую вакцину нужно разработать, а во-вторых, изучить ее эффективность. Вакцина — это профилактическое иммунобиологическое средство, а для лечения COVID-19 нужны уже современные лекарственные препараты. Чтобы их подобрать или создать с нуля, необходимо время. 

alkhovsky

Сергей Альховский

доктор биологических наук, заведующий лабораторией биотехнологии Института вирусологии им. Д. И. Ивановского Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии

То, что мы сегодня видим — уже третья вспышка зооантропонозной коронавирусной инфекции. Первая случилась в 2002–2003 годах и известна как «атипичная пневмония», или, если использовать более точные термины, «тяжелый острый респираторный синдром», ТОРС или SARS. Вирус, вызвавший SARS, тоже передался нам от летучих мышей. Сегодня мы имеем дело с SARS-2, по сути, с очень похожим вирусом, но который значительно легче передается от человека к человеку. Тогда понадобилось несколько месяцев для того, чтобы выделить вирус и его секвенировать. В настоящее время геномные технологии развились до такой степени, что в течение первого месяца структура генома была расшифрована, а в течение следующего уже были разработаны средства его диагностики. 

Закрепится ли вирус в человеческой популяции и станет ли пятым сезонным коронавирусом человека (на сегодняшний день мы знаем о четырех других, которые вызывают ОРВИ), сейчас прогнозировать сложно. Этот вирус распространяется респираторным путем, так же как и другие респираторные вирусы ОРВИ. У них существует очень четкая сезонность. В нашем полушарии сезонный подъем заболеваемости продолжается с ноября по апрель–май, когда люди простужаются больше, болеют чаще. Летом начинается так называемый межэпидемический период, а для вируса наступает, что называется, момент истины. Для того, чтобы сохраниться в межэпидемический период, вирусу, прежде всего, нужно широко распространиться. Количество инфицированных должно исчисляться не сотнями тысяч, а миллионами. В летний период начинается эпидемический сезон в Южном полушарии, и сейчас все зависит от того, как вирус будет распространяться, сможет ли он циркулировать там до следующего сезона в Северном полушарии, который снова начнется осенью.

Генетическая изменчивость нового коронавируса схожа с изменчивостью других РНК-вирусов, таких как вирусы гриппа или другие коронавирусы SARS и MERS. Например, штаммы вируса в Италии, США и Китае различаются максимум на 16 нуклеотидов (а всего в геноме вируса их 30 тысяч). Это следствие того, что у человека пока нет иммунитета к этому вирусу. Потому что когда он есть, иммунная система все время пытается вирус подавить, и он вынужден меняться, уходить из-под ее пресса путем изменчивости.

Когда вирусологи начали применять новые технологии геномного анализа, стало понятно, что все вирусные инфекции человека — это бывшие зоонозы, то есть они передались к нам от животных. Этот процесс межвидового перескока и появления новых вирусов человека продолжается постоянно. С этим связана интересная задача: а можем ли мы определить и описать вообще все зоонозные вирусы, которые нам угрожают? По оценкам вирусологов, число вирусов, обладающих зоонозным потенциалом, во всем мире может составлять около 400-500 тысяч. До сегодняшнего дня было описано порядка 6,5 тысяч видов вирусов, но современные технологии позволяют нам выявлять и анализировать новые виды вирусов достаточно быстро.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх